Из книги “Дева, или зеница мира”

XXIII.

– Слушай внимательно, о сын мой Гор, ибо ты сейчас слышишь тайное учение, которому моего предка Камефиса научил Гермес, который помнит (Менар: описал) все деяния, (а позже я) – от Камефиса, праотца всех нас, когда он удостоил меня даром Черного Совершенного, и теперь ты услышишь это из моих уст.

1. Сказав эти слова, Исида изливает на Гора сладкий напиток бессмертия, который души обычно получают от богов, и начинает свою пресвященную речь:

2. – Поскольку небо с его многочисленными кругами (Менар: звездами), сын мой Гор, находится над всей природой вещей, расположенных внизу, нигде у него нет недостатка ни в чем из того, что содержит сегодня мир во всей своей совокупности. Это значит, что вся Природа, находящаяся внизу, была составлена, упорядочена и наполнена (Фестюжьер: населена существами) – все это было выполнено сущностями, пребывающими вверху, ибо вещи, находящиеся внизу, никоим образом не способны упорядочить то, что расположено вверху. Посему необходимо, чтобы более слабые таинства следовали за более могущественными. Более могущественное, чем вещи, находящиеся внизу, есть устройство небесных тел, оно совершенно нерушимо и непостижимо для мысли смертного человека.

3. Вот почему вещи, находящиеся внизу, стонали от страха пред чудесной красотой и вечностью мира высшего. Ибо это было зрелище, достойное созерцания и желания, – красота неба, представляющегося как образ еще неизвестного Бога, роскошное величие ночи, освещенной проникновенным светом, хотя и более слабым, чем солнечный; и всякие иные таинства, происходящие каждое в свое время, придавая Порядок и рост совокупности вещей, находящихся внизу, сообразно движениям и соответственным промежуткам времени, посредством определенных тайных влияний. И поскольку страх всегда возвращался, то продолжались бесконечные вопросы.

4. Поскольку Творец Вселенной не желал стать известным (Менар; не препятствовал этой боязни, этому беспокойному поиску), неведение царило во Вселенной. Но когда Он постановил открыться миру. Он внедрил в богов порыв любви, Он влил в их мысль Свет и Ум (Менар: благолепие), переполнявшие Его грудь, дабы вселить в них желание сперва поиска, затем желание нахождения и, наконец, возможность открыть Его.

5. Итак, о мой чудесный сын Гор, это могло произойти не в существе из рода смертных, поскольку такого еще не было, но в душе, которая была бы связана расположенностью по отношению к небесным таинствам; вот кем был Гермес, который знал все. Он узрел совокупность вещей, и, рассмотрев ее, он постиг, а постигнув, мог ее открывать и показывать. То, что он знал, он записал, а записав, сокрыл (Менар: большую часть, одновременно говоря и сохраняя молчание), предпочитая умолчать о большей части, дабы грядущие поколения открыли Знание сие.

6. И Гермес (Менар: …повелев богам сопровождать его; Скотт: по велению богов) вознесся к звездам вместе со своими братьями богами. Но он оставил последователем Тата, своего сына и наследника своего учения, а позже Асклепия Имуфеса, по замыслу Птаха-Гефеста, и еще иных, которые под правлением Провидения, царящего над всем, должны были тщательно изучить небесное учение.

7. Гермес просил прощения у своего окружения за то, что не открыл целиком свое учение даже своему сыну по причине его юного возраста (Скотт: …Тата. И тогда Гермес сказал: …). “Я открыл всевидящие очи (Скотт: моего ума; Фестюжьер: …я лицезрел Восток), я увидел нечто туманное, и после долгого вглядывания я узрел Истину. Я установил священные символы мировых стихий подле тайн Осириса, и, прочтя молитву, я вознесся в небеса.

8. Но не годится, сын мой, оставить сие сказание неоконченным; я должна передать слова Гермеса, которые он произнес, когда оставлял свои книги. Он сказал так: “О священные книги, написанные моими нетленными руками, вы, намащенные зельем бессмертия, вы, над которыми я имею полную власть, хранитесь невредимыми и нерушимыми, никем не увиденные и не тронутые до тех пор, пока древние небеса не породят сущностей, достойных вас, которых Творец назовет душами”. И произнеся над своим книгами эти слова, Гермес (Менар: обернул их лентой и…), произнеся молитву над своими творениями, вошел в свое святилище.

9. Но довольно долго длились времена бездействия и сокрытия; и (высшая) Природа оставалась бесплодной, пока те (Скотт: боги), кто получил от Бога повеление обойти небо, не предстали пред Ним, Царем всей Вселенной, и не доложили Ему о бездействии вещей (Скотт: вещей, расположенных внизу) и о необходимости приведения Вселенной в порядок. Никто, кроме Него, не мог бы это сделать. “Мы умоляем Тебя, говорили они, – поразмыслить над тем, что существует, и над тем, что необходимо для будущего”.

10. Тогда Бог улыбнулся и сказал: “Да будет Природа!”, и при этих словах прекрасное женское существо вышло из его голоса. И увидев это, боги застыли от восхищения. И Бог Праотец (Менар: …изливая на Природу напиток…) велел ей быть плодородной.

11. Затем, проникая во все взором Своим, Он сказал: “Да наполнятся вещами небо, и воздух, и эфир!” Бог сказал, и так случилось.

12. И Природа, посоветовавшись сама с собой, поняла, что не годится ей противиться повелениям Отца своего, и,

13. соединившись с Трудом, она родила прекрасную дочь, которую назвала Изобретательностью (эвресис). Ей Бог позволил быть (Фестюжьер: быть такой), и сделав этот дар, Он отделил вещи уже сотворенные, и наполнил их таинствами, и отдал их во власть Изобретательности.

14. Тогда Он Сам, желая, чтобы мир высший больше не был в бездействии, решил наполнить его духами, чтобы ни в коей мере мир не оставался неподвижным и бездейственным, и употребил все Свое божественное искусство при выполнении Своей творческой работы (Фестюжьер: …приступив к сотворению зодчего). И взяв из Себя Самого необходимое количество духа, смешав его с разумным огнем, Он соединил его с иными неизвестными веществами. Затем, соединив воедино составные части при помощи тайных заклинаний. Он довел эту смесь до кипения так, что на поверхности появилась некая материя более тонкая, более чистая и более прозрачная, чем ее составные части: она была настолько прозрачной, что только Сам Творец мог ее видеть.

15. Вскоре она достигла совершенства, не будучи ни растопленной жаром огня, из которого она вышла, ни охлажденной до конца, ибо она вышла из духа; она сохраняла собственную особую природу и свой особый состав, эту смесь, составлявшую ее. Бог справедливо назвал ее чудесным и соответствующим ей именем – Одушевление (психосис). Из этой смеси Бог сделал множество душ, употребив ее для своей цели согласно мере и Порядку, науке и смыслу, так, что не было

16. разницы между душами больше, чем это было необходимо (Менар: они не были обязательно различные, но…; Скотт: обязательно отличались друг от друга), ибо пена, вышедшая на поверхность, не была одинакова в различных местах. Первый слой был намного лучше и чище (Фестюжьер: и гуще), чем второй, а второй, низший по отношению к первому, – лучше, чем третий. И так до шестидесятой ступени, завершающей общее число. Но Бог установил закон, по которому все души вечны, поскольку они берут свое начало из единственного вещества […], тайну приготовления которого знает только Бог. И Он предписал им различные части неба для каждого рода звезд, дабы они вращали колесо (килиндрон) согласно установленному Порядку и направлению и этим доставляли радость своему Отцу.

17. Тогда, вознесшись на чудесный свод эфира и созвав к себе все уже существующие души, Он изрек: “О души, прекрасные дети Моего Духа и Моей заботы, вы, которых Я привел на свет Своими собственными руками и которых Я отныне предаю принадлежащему Мне миру, следуйте как законам следующим Моим повелениям. Не занимайте иного места, чем то, которое вам определено Волею Моею; если вы будете послушны, то местом вашего обитания будет небо, приписанные вам созвездия, престолы, преисполненные добродетели (Скотт: могучих Сил); но если вы совершите какое-либо действие воли супротив Моей Воли, Я буду вас за это судить Моим священным духом, этой смесью, из которой Я вас создал, этими руками, творящими души, Я не замедлю сковать вас цепями и предать страданиям”.

18. Сказав так, Бог, Который есть также мой Господь, смешал две оставшиеся стихии – воду и землю, произнес и над ними тайное могущественное заклинание, не похожее на предыдущее, размешал смесь и вдохнул в нее оживляющую силу (Менар: движение и жизнь), взял на поверхности слой и, сделав его более плотным и гибким, вылепил из него существа человеческой формы (Скотт: живой дух тварей; Фестюжьер: знаки зодиака человеческой формы).

19. Что касается остатка смеси, то Он оставил его более развитым душам – тем, которые были приглашены войти в обитель богов, в места по соседству со звездами, у священных демонов. “Творите,- сказал Он,дети Мои, отпрыски сущности Моей, примите сии остатки после Моего труда, и пусть каждый сотворит нечто соответствующее его природе. Смотрите, Я хочу вам дать сии предметы, которые послужат вам образцом”. И, взяв в руки смесь,

20. Он привел ее (Менар: мир; Скотт: зодиак) к Порядку и красоте, придав ей душевное движение, и установил знаки звериных очертаний после знаков очертаний человеческих. Он наделил их творческой силой и духом искусства, порождающим всех вселенских тварей (Фестюжьер: все вселенские явления), которые в будущем должны были сменять друг друга.

21. И Бог удалился, обещая все видимые творения душ наделять невидимым духом и способностью рождать себе подобных, чтобы у них не было потребности творить ничего иного, чем то, что было сотворено вначале.

22. Гор спросил: – И что же сделали души, о мать? И Исида сказала: – Взяв сию смесь материи, о сын мой Гор, они сначала пытались ее изучить; они восхищались смесью, сделанной Отцом, и спрашивали себя, из чего она состоит, но это нелегко было открыть. Затем, из боязни, что своим любопытством они навлекут на себя гнев Отца, они принялись исполнять Его повеления.

23. Они взяли высший слой материи, который был наиболее легким, и отлично сотворили из него род птиц. Тем временем смесь наполовину затвердела, и, получив довольно плотное вещество, они сделали из него род четвероногих, род, несомненно, менее легкий, и род рыб, нуждающийся во влажной среде, чтобы в ней плавать. Наконец, холодный и влекомый к земле своим весом остаток души использовали для сотворения нового рода – рода пресмыкающихся.

24. И души сии, сын мой, как если бы они совершили подвиг, возгордились своей работой и осмелились пренебречь повелениями Бога: они покинули отведенные им обители и, не желая пребывать в одном месте, начали непрерывно двигаться; привязанность к одному месту они теперь считали смерти подобным.

25. И это движение душ, дитя мое, – говорил (Менар, Скотт: говорил мне) Гермес, когда рассказывал это,- не ускользнуло от взора Господа и Бога всей Вселенной. Он решил их наказать и готовил для них тяжкие оковы. Властелин и Высший Господь Всего возжелал сотворить человеческое тело, чтобы в этом теле род душ вечно отбывал свое наказание.

26. Тогда Он призвал меня,- говорил Гермес,- и изрек: “О душа моей души, священный Ум и Мой Ум,

27. доколе Природа, расположенная внизу, будет опечаленной? Доколе вещи, уже сотворенные, будут оставаться бездейственными (апиа) и без молитвы (анегкомиаста)? Призови ко Мне сию же минуту всех небесных богов”. Бог сказал,- говорил Гермес, – и они тотчас же прибыли по Его велению. “Взгляните,- рек Бог,- на землю и на все вещи, покоящиеся внизу”. Они поспешно взглянули и сразу же поняли, чего желал Господь. И едва Он сказал им о целесообразности сотворения человека, как они осознали,

28. что каждый из них может дать рождающемуся существу. Солнце сказало: “Я буду сиять (Фестюжьер: еще ярче)”. Луна пообещала освещать вслед за Солнцем; она добавила, что она уже создала Страх, Молчание, Сон и Память (фобос, сигэ, гипнос, мнэмэ), которая вряд ли пригодится человеку. Кронос (Сатурн) сказал, что он уже стал отцом Справедливости (дикэ; Скотт: Карающего Правосудия) и Необходимости (анагкэ). Зевс (Юпитер) изрек: “Чтобы рождающийся род не погряз в бесконечных войнах, я породил Успех (тюхэ), Надежду (элпис) и Мир (эйрэнэ)”. Арес (Марс) сообщил, что он уже произвел на свет Борьбу (агон), Гнев (оргэ) и Распрю (эрис). Афродита (Венера) сказала, не колеблясь: “Я, о Господи, я прищеплю им Желание (потос, Скотт: Любовь), Наслаждение (эдонэ) и Смех (гелос), чтобы родственным мне душам, претерпевающим самое суровое наказание, было менее тягостно”. Бог возрадовался таким словам Афродиты.

29. Что же касается меня, – говорил Гермес, – то я не только создам природу человека, – объявил я, – но дам ему также в дар Мудрость (софия). Благоразумие (софросинэ; Фестюжьер: Умеренность), Убеждение (пейто) и Истину (алетейа); я не перестану также пребывать в соединении с Изобретательностью (эвресис); кроме того, я буду покровительствовать в смертной жизни людям, рожденным под моими знаками, ибо знаки, которыми меня наградил Отец и Творец, суть знаки Мудрости и Ума, особенно когда движение управляющих ими звезд согласуется с природной силой каждого. Велика была радость Бога, Творца мира, когда Он услышал эти слова. И Он повелел, чтобы род людской появился на свет.

30. “Что же касается меня, – говорил Гермес, – я спрашивал себя, какой материей мне воспользоваться, и призвал на помощь Самодержца. Он велел душам отдать мне остаток смеси; взяв ее, я обнаружил, что она совершенно сухая. Тогда я добавил воду в количестве намного превышающем то, которое требовалось для возобновления состава смеси, так, чтобы получившееся существо было вялое, слабое и немощное и сила не могла бы в нем соединиться с умом. Я закончил свое творение: оно было прекрасно. Я возрадовался и пригласил Самодержца полюбоваться им. Он увидел его и возрадовался; и повелел Он душам воплотиться”.

31. Их охватил ужас, когда они узнали свой приговор. Вид у них был жалким, мне посчастливилось услышать их разговор (Менар: их слова поразили меня).

32. Слушай внимательно, сын мой Гор, ибо ты слышишь здесь тайное учение, которому мой предок Камефис научился от Гермеса, который помнит все деяния (позже я) от Камефиса, праотца нас всех, когда он удостоил меня даром Черного Совершенного, и теперь ты услышишь из моих уст.

33. Итак, о мой чудесный и славный сын, души, перед тем как их заточили в тело, мычали и визжали, как твари, рожденные дикими, которым предстоит жить в несчастном рабстве, оторванными от их родной и дорогой им пустыни, – они дерутся, бунтуют, не покоряются своим угнетателям и, если им удается, даже убивают тех, кто на них нападает. Иные души пронзительно шипели, подобно старым змеям.

34. Одна из них издала душераздирающий крик отчаяния во все горло, а затем произнесла такие слова, отчаянно мотая головой то вниз, то вверх: “О небо,- жаловалась она, начало нашего рождения, эфир и воздух, руки и священный дух Бога Самодержца, и вы, очи богов, чудесные звезды, немеркнущий свет Солнца и Луны, молочные братья, вышедшие из одного начала (Менар: наша первая семья), вы все, с кем мы теперь разделены и тяжко страдаем, и еще более тяжко от того, что мы оторваны от вещей великих и светлых, и от святых небес, и от чудесного небосвода, и – что самое страшное – от счастливой жизни, которую мы вели вместе с богами; и мы теперь будем заточены в эту гнусную и мерзкую кожуру!

35. Какое же ужасное преступление мы, несчастные, совершили? За что же мы (Менар: …несчастные грешницы) заслужили эти муки? Нуждаться в теле, страстном и смертном! (Фестюжьер: Какие прегрешения нас, несчастных, ожидают! Какие деяния нам необходимо будет совершить в злом порыве надежды, чтобы нуждаться в теле…; Менар: вот будущее, ожидающее нас, – нуждаться в теле страстном и смертном!)

36. Душам, не принадлежащим более Богу, очи наши оставят лишь немного места (Менар: Наши глаза не будут более различать божественные души). Через эти влажные кружки мы будем видеть небо, нашего предка, совсем маленьким, никогда не переставая рыдать; иногда мы даже будем вовсе не в состоянии видеть его (Скотт: …ибо мы обречены на тьму). “Мы видим благодаря солнечному свету – глаза сами по себе ничего не видят”, сказал Орфей. Несчастные, мы осуждены на потерю зрения (Менар: прямого зрения), ведь без света мы ничего не можем видеть – ибо у нас окна, а не очи. И как нам тяжко будет слышать наших братьев ветров, свистящих в воздухе, ведь мы не сможем присоединиться к их свисту. Обитель, которая нас ожидает вместо сего тонкого мира, – узкая клетка груди (Фестюжьер: сердце).

37. (Скотт: Несчастные! Что мы сделали, что заслужили такие муки?) И когда мы будем отделены от вещей, от которых мы спустились к иным, всегда нас будет убивать грусть (Менар: …Ты, изгнавший нас сверху и опустивший так низко, положи конец нашим страданиям). Господи, Отче, Творец, если Ты так быстро стал безразличен к Своим творениям, установи для нас какие-нибудь границы, сочти нас еще достойными нескольких слов, пусть коротких (Менар: позволь нам произнести последние слова), пока наши взоры еще могут пересекать все пространство блистающего мира Света”.

38. Мольба сия была услышана, сын мой Гор, ибо Самодержец пришел и, сев на престол Истины, так ответил на их просьбу: “О души, вами правят Любовь (эрос) и Необходимость, ибо они суть после Меня властители и правители всех вещей. Что касается вас, души, служащие Моей Царской власти, которая вовсе не стареет, знайте, что если вы в дальнейшем станете жить без прегрешений, то будете жить в небе. Но если среди вас есть такие, которые заслужат осуждения, то по Моему приговору они будут жить в смертных органах.

39. Если ваши прегрешения будут незначительны, то, когда вы освободитесь от гибельной связи с телом, вы снова, без слез, вернетесь в небо. Но если вы окажетесь способными совершать более значительные грехи, то тогда, далеки от счастливого для вас конца, выйдя из тел, вы не войдете ни в небо, ни в человеческие тела, но с этого мгновения вы будете блуждать из одного тела бессловесной твари в другое.

40. Сказав эти слова, сын мой Гор, Бог дал каждой душе дух, после чего возобновил Свою речь: “Я решил изменить ваше состояние отнюдь не случайно. Оно изменится к худшему, если вы совершите скверные деяния; но оно изменится к лучшему, если вы примете решение, достойное вашего происхождения. Я Сам, не кто иной, буду вашим свидетелем и вашим судьей. Знайте же, что вы испытываете наказание воплощения за ваши собственные прошлые ошибки.

41. Разнообразие возрождения будет состоять для вас, как Я уже сказал, в разнообразии тел, а отделение от тела будет для вас счастьем, как и ранее. Но ваши ожидания будут обмануты, если вы совершите что-либо недостойное Меня, как если бы вы думали обратное – что наказание есть благодать, а переход в лучшее состояние – позор и насилие.

42. Самые праведные из вас, способные получать преображение, ведущее к божественному, войдя в человеческое тело, будут справедливыми царями, настоящими философами, основателями и законодателями, истинными прорицателями, подлинными знахарями, великими пророками богов, искусными музыкантами, мудрыми астрономами, учеными предсказателями, щепетильными жрецами (Скотт: … исполнителями обрядов жертвоприношения) и всеми иными, занимающими чудесные должности, которых они будут достойны. Войдя в пернатых, они будут орлами, которые не охотятся с криком на себе подобных и не кормятся их телами, более того – в их присутствии иным тварям не позволено терзать более слабых, ибо орел, заботящийся о справедливости, будет их преследовать. Войдя в четвероногих, они будут львами, ведь эти звери преисполнены силы, они никогда не утомляются и никогда не спят, и в смертном теле они осуществляют бессмертную природу (Скотт: природу богов). Войдя в пресмыкающихся, они будут драконами (дракон), ибо это тварь сильная, долго живущая, невинная и друг человека; она позволяет себя приручить, у нее нет яда, и когда она состарится, то вновь становится молодой, как род богов. Входя в морских тварей, они будут дельфинами, ибо эти животные проявляют жалость к потерпевшим кораблекрушение в море: они переносят на землю тех, кто еще дышит, но они никогда не станут есть мертвых, хотя род сей – самый прожорливый из морских тварей. Сказав это, Бог проявил свою природу нетленного невидимого Ума (Скотт: исчез из поля их зрения).

43. После того как произошло то, о чем я рассказала, сын мой Гор, с земли поднялся дух, преисполненный силы, не имеющий себе равных по весу и могуществу мысли, знающий то, о чем он спрашивал. Дух сей был одет в тело человеческих очертаний (Менар: лишен какой бы то ни было телесной оболочки, и он увидел, что человеческое тело выглядит прекрасно) и выглядел прекрасно, но слишком дико и страшно. Увидев, как души входят в тела, он спросил: “Кто это, о Гермес, писарь богов?”

44. “Это люди”, – ответил Гермес. “Смелое начинание, – рек Мом, – мой дорогой Гермес, творить человека, сию тварь с дерзкими глазами и болтливым языком, с чуткими ушами чтобы слышать то, что их вовсе не касается, с очень тонким обонянием и слишком чувствительными руками (Менар: …чтобы все присваивать себе). О Творец, мудро ли Ты поступаешь, оставляя свободным от хлопот того, кто будет смело созерцать прекрасные таинства Природы (Менар: будущего пользователя прекрасных таинств Природы). Ты собираешься позволить ему жить без печали – тому, чьи помыслы достигают границ земли?

45. Люди вырвут корни растений и испробуют их соки (Менар: сущность Природы). Они познают природу камней, вскроют не только зверей, но и самих себя, желая узнать, как они сложены. Они протянут свои дерзкие руки до моря и, вырубая девственные леса, переплывут с одного берега на другой (Менар: чтобы найти одни других). Они раскопают даже Природу, таящуюся в глубинах самых недоступных святилищ. Они будут изучать мир вплоть до высот, жаждая постигнуть Порядок движения неба. Но и это еще не все. Им останется узнать только крайнюю точку земли: они захотят узнать последний край ночи (Крайний Север).

46. Если они не будут знать препятствий, если они будут жить без забот, защищенные от всяких хлопот и страха, то даже небо не обуздает их дерзость (Менар: и они пожелают возыметь власть над стихиями). Разве они не устремят свои беззаботные души к звездам? Научи же их в итоге загораться желанием воплощать свои намерения, но чтобы также и неудачи охлаждали их пыл, чтобы их грызла печаль, когда их ожидания будут обмануты! Пусть желания, страх, грусть, несбывшиеся мечты сдерживают дерзость их сердец! Пусть их сердца непрерывно пожираются любовью, вечно изменяющимися желаниями, мечтами то сбывающимися, то несбыточными, чтобы радость успехов манила их к жестоким испытаниям и более страшным несчастиям! Пусть их возьмет лихорадка, чтобы, потеряв смелость, они наказали себя за необузданные желания!”

47. Ты страдаешь, сын мой Гор, слушая сию речь, которую воспроизводит твоя мать? Ты удивлен и оробел пред тем бременем зла, которое лежит на бедном человечестве? Слушай же самое страшное.

48. Гермесу довелось слышать эти слова Мома, говорившего с ним по-свойски (Фестюжьер: …и он был готов сделать все в точности так, как говорил Мом…), и он ответил: “Хорошо, Мом, но природа божественного Духа, обволакивающего мир, не предстает пред взором (Менар: не будет бездейственна). Ибо меня Господь Вселенной назначил Своим смотрителем. Бог всепроникающим взором будет видеть и направлять все вещи, а я создам тайное орудие, несгибаемый и нерушимый закон, которому будут подчиняться все земные вещи от рождения и до окончательного разрушения, который будет поддерживать взаимную связь (Скотт: контроль; Фестюжьер: постоянство) всех вещей сотворенных. Все на земле будет подчинено сему орудию”. Так я рек Мому,- сказал Гермес,- а орудие уже действовало (Скотт: Так рек Гермес Мому и исполнил все, что он изрек. А когда орудие начало работать, над всем стала всевидящая богиня Адрастея, держа в своих руках утверждение того, что было выковано работой орудия).

49. И когда это все произошло, души были воплощены, а я удостоился похвалы за то, что сделал.

50. Самодержец вновь созвал собрание богов. Они явились, и Он рек: “Боги, вы, наделенные природой правителей мира, природой нетленной, вы, навсегда получившие управление огромной Вечностью, вы, для которых все вещи в мире не перестают изменяться из одних в другие (Менар: на кого возложено задание поддерживать взаимную гармонию вещей, доколе мы будем править неизвестной империей?), доколе наша высшая власть не будет признана”? Доколе все это будет длиться невидимо для Солнца и Луны? Пусть же каждый из вас творит согласно своим возможностям! Устраним же властью нашей это бездействие! Пусть Хаос будет в будущем невероятной басней! Примите участие в великих свершениях, я начну первый”. Он сказал, и сразу вся совокупность Вселенной, еще не сформировавшаяся, начала разделяться согласно Порядку мира.

51. Вверху появилось небо со всеми своими таинствами; земля, еще содрогаясь, затвердела под Светом (Фестюжьер: огнем) Солнца и предстала взору со всеми своими прекрасными украшениями. Ибо в глазах Бога прекрасно даже то, что смертные считают уродливым, ибо все было сотворено по божественным законам. И Бог возрадовался, видя, что все уже приведено в движение.

52. И когда его руки, равные по размаху окружающему пространству, были наполнены всем, что существует в Природе, он (Фестюжьер: он сильно сжал кулаки и…) сказал: “Возьми, о святая Земля, возьми, достопочтенная, которая должна стать матерью всего, и пусть отныне у тебя ни в чем не будет нужды (Фестюжьер: чтобы ты не была ущемлена в чем бы то ни было)”. Бог сказал, и, распахнув свои руки, достойные Бога, Он поместил их содержимое в хранилище (Фестюжьер: в кузницу) мира.

53. Но поначалу царило полное неведение. Души, только что заточенные, тяжело переживали свое бесчестие и пытались соперничать с небесными богами (Скотт: начали ссориться между собой), и, хвастаясь своим происхождением, ведь они происходили от Того же Творца, они бунтовали. Используя как орудие (Фестюжьер: оставшихся им. Души потеряли все, им остались только люди (тела) как орудие) людей (Скотт: Более сильные люди использовали более слабых как орудие), они противопоставляли их друг другу и вызывали междоусобные войны. Так, сила осуществляла великое насилие по отношению к слабости вплоть до того, что сильные сжигали и резали слабых, бросая в храмы то живых, то мертвых.

54. Тогда разгневанные стихии решили пожаловаться Богу Самодержцу на разнузданное поведение людей. Зло было уже весьма велико, и стихии предстали пред Богом, обратившись к нему с такими словами.

55. Огню позволили говорить первым: “Господи,- сказал он, Творец сего нового мира, Чье имя сокрыто в груди богов и почитаемо людьми по сей день, доколе, о Божество (даймон; Менар: несотворенный Демон; Меад: саморожденный демон; Фестюжьер: Божественный), Ты позволишь смертным жить без Бога (атесон)? (Скотт: … Эти люди не позволяют мне исполнять службу, для которой Природа меня создала. Я осквернен, Господи, и по причине человеческой дерзости я вынужден пожирать человеческие тела).

56. Восстань же пред миром, нуждающимся в Тебе, и положи конец человеческой дикости, установив мир (Менар, Фестюжьер: установи ночь оракулов – харисай нукти хрэсмос…), наполни мир счастливой надеждой; пусть люди трепещут пред карающим правосудием богов, и никто не будет более грешить. Если одни за свои грехи получат справедливое наказание, то иные воздержатся от преступлений. Они станут уважать святость присяги, и не будет никого, кто бы задумывал святотатство. Пусть они научатся благодарить Тебя за полученные благодеяния, чтобы я. Огонь, мог с радостью исполнять мои обязанности при жертвоприношении и чтобы из жертвенника к Тебе возносились душистые благовония. Но сейчас я осквернен, Господи, – безбожная дерзость людей, сотворенных Тобою, вынуждает меня сжигать тела. Они не позволяют мне сохранить мою природу, они подло оскверняют мою чистоту”.

57. Воздух, когда подошел его черед, изрек: “Я тоже осквернен, Господи, и из-за зловония трупов стал заразным и нездоровым, и я наблюдаю свысока вещи, которые не должен видеть”.

58. Затем слово получила Вода, о мой великодушный сын, и высказалась так: “Отче, чудесный Творец всего сущего, Бог, рожденный из Себя Самого, Зодчий Природы, которая все рождает для Тебя, повели, наконец, о Божество, чтобы воды рек всегда текли чистыми! Ибо реки и моря или обмывают грязь с убийц, или принимают тела жертв”.

59. Затем с печальным видом выступила наперед Земля, о мой славный сын, и сказала: “Царь, Отец и Господин небосвода, Правитель стихий, которые суть сейчас пред тобою, благодаря которым существа растут и затем уменьшаются и, когда приходит время, неизбежно снова становятся тем, из чего были созданы, уплачивая свой долг; безбожная и безрассудная толпа нелюдей, о Достопочтенный, топчется по мне (Скотт: Ты ведь сделал меня наиболее почтенной из стихий, ибо…). Я имею достаточно пространства, чтобы содержать все виды веществ, и я не только держу на себе все вещи, как Ты велел, но и принимаю в себя трупы.

60. А теперь я обесчещена: земной мир, преисполненный всех вещей, лишен Бога. Ибо нет ничего, чего люди боялись бы, на моих плечах они попирают все законы и совершают всевозможные преступления. Господи, они истребляют себя с извращенным искусством, и я испорчена гниющими трупами.

61. Я вынуждена держать на себе тех, кто этого недостоин. Кроме всего того, что я на себе держу, я хотела бы иметь также Бога. Окажи Земле такую милость; приди, если не Сам ибо я не могу (Фестюжьер: у меня не хватило бы смелости) содержать Тебя,- то хотя бы в виде излучения из Себя. Измени мою судьбу, сделай Землю более славной, чем другие стихии, ведь она обеспечивает Вселенную; а гордиться можно только тем, что исходит из Тебя”.

62. Так говорили стихии, и Бог, наполняя всю Вселенную Своим святым гласом, изрек: “Идите своею дорогою, священные дети, достойные своего могущественного Отца, не пытайтесь внедрять никаких новшеств и не оставляйте Мою Вселенную без вашего управления. Я посылаю вам другого – излучение (Фестюжьер: вторую эманацию) моей природы, – который будет бдительно следить за всеми человеческими деяниями. Его нельзя будет обмануть, он будет неподкупным судьей живых и грозным царем мертвых (Фестюжьер: не только грозным, но и мстителем за их злодеяния…), и каждому человеку воздается по заслугам во всем его роду”.

63. И тогда по велению Господа стихии прекратили свои жалобы, и каждая из них молча занялась правлением в своем царстве.

64. Тогда Гор спросил: – А дальше, о мать, как же Земле посчастливилось получить излучение Бога? И Исида ответила: – Я не расскажу об этом рождении, ибо мне не позволено излагать происхождение твоего рода из опасения, чтобы никогда в будущем люди не услышали о рождении бессмертных богов. Я могу сказать лишь вот что: Бог Самодержец, Творец Вселенной, послал ненадолго на землю твоего величайшего отца Осириса и превеликую богиню Исиду для такой необходимой помощи.

65. Это они наполнили человеческую жизнь содержанием (Скотт: божественным, то есть религией). Это они положили конец дикости и взаимному истреблению. Это они посвятили своим предкам богам храмы и учредили обряды жертвоприношения. Это они дали смертным законы, пищу и кров.

66. “Это они, – сказал Гермес, – будут знать до глубины все тайны моих писаний и разделят их: часть их они оставят только для своего пользования, а ту часть, которая будет полезна людям, они высекут на стелах и памятниках”.

67. Это они внедрили в человеческую жизнь первые суды и установили в мире Порядок и справедливость. Это они, первые творцы благой веры, ввели в человеческую жизнь великого бога Присягу (теос оркос). Это они научили хоронить так, как положено, тех, кто закончил свою жизнь. Это они изучили жестокое явление смерти и выяснили, что дух, приходящий извне, будучи предметом повторяющегося возвращения в тела людей (Скотт: может возвращаться туда, откуда он вышел), приводит, если обратный путь для него закрыт, к забвению без пробуждения. Это они, узнав от Гермеса, что воздух преисполнен демонов, изобразили их на сокрытых стелах.

68. Это только они, наученные Гермесом тайным законам Бога, стали для человечества основоположниками и законодателями ремесел, наук и всякого рода занятий. Это они, узнав от Гермеса, что все вещи внизу получили от Творца соответствие вещам, расположенным вверху, учредили на земле священные таинства, связанные с таинствами небесными. Это они, узнав о тленности тел, мудро учредили преосвященство жрецов (профетес), дабы жрецы, возносящие руки к богам, знали все, чтобы философия и магия служили пищей для души и чтобы врачевание излечивало страдания тела, когда оно нездорово.

69. Совершив все это, сын мой, Осирис и я увидели мир совершенный и процветающий, и мы были отозваны теми, кто живет на небесах. Но мы не могли туда возвратиться прежде, чем воспев Самодержца в гимне, чтобы наполнить Вселенную сим миропониманием (Скотт предлагает: музыкой наших голосов) и удостоиться хорошего приема в нашем вознесении, ибо Бог любит гимны.

70. Тогда Гор изрек: – О мать, научи меня тоже сему гимну, чтобы и я его знал. И Исида ответила: – Слушай же, сын мой.

XXIV 1. – Но ты, мой великодушный сын, если ты желаешь знать что-либо еще спрашивай. Тогда Гор спросил: – О моя достопочтенная мать, я желаю знать, как рождаются царские души. И Исида ответила: – Отличие, что касается царских душ, сын мой Гор, заключается в следующем. Во Вселенной есть четыре места, которые подчинены нерушимым закону и власти: небо, эфир, воздух и пресвятая земля. Вверху, сын мой, в небе, обитают боги, которыми, как и всем сущим, правит Творец Вселенной; в эфире обитают звезды, которыми правит великое светило Солнце; в воздухе обитают демонические души, которыми правит Луна; на земле обитают люди и иные твари, которыми правит тот, кто в данное время рожден царем. Ибо сами боги, сын мой, рождают царей, достойных быть их продолжателями на земле”.

2. Правители суть излучение Царя и правитель, который к нему ближе, есть более царь, чем иные. Солнце, будучи ближе к Богу, есть также более великое и более могущественное, чем Луна: она следует на втором месте после него по званию и по могуществу (Скотт; …но Луна более могущественна, чем земной царь). 3. Что касается царя, то он есть последний среди богов, но первый среди людей. Поскольку он живет на земле, он действительно весьма удален от божественной природы, но по сравнению с иными людьми у него есть нечто исключительное, чем он похож на Бога. Вселенная в него душа происходит из той части неба, которая находится выше, чем та, из которой происходят души иных людей. 4. А души ниспосланы сверху по двум причинам, сын мой. Те, кто прошел свой жизненный путь благочестиво, безукоризненно, близкие к тому, чтобы получить обожествление, – для того, чтобы посредством царствования они приготовились к осуществлению власти, принадлежащей богам. Те же, которые уже в некотором смысле божественны и которые лишь незначительно нарушили законы Божий, – для того, чтобы (Скотт: как цари) они испытали наказание (Менар: и стыд) воплощения, чтобы они по причине своего высокого положения не испытывали ничего подобного тому, что испытывают иные, и чтобы они, даже будучи воплощенными, сохраняли то, что они имели тогда, когда были свободными. 5. Что касается характеров царей, то их различие объясняется не природой их душ, ведь все они божественны, но разнообразием ангелов и демонов, сопровождающих их в их нисхождении. Ведь души такого качества и такого назначения не опускаются без свиты и охраны. Высшая Справедливость умеет отнести каждого к званию, которого он достоин, даже если он выслан из Счастливой Страны. 6. И когда, сын мой Гор, ангелы и демоны, сопровождающие душу, воинственны, душа должна смотреть через их призму, забыв свое собственное поведение или, скорее, оставив его в стороне до времени нового изменения условий. Когда они миролюбивы, тогда путь души становится мирным; если им нравится воздавать справедливость, тогда она становится судьей; если они суть музыканты, то и она поет; если они любят Истину, то и она предается философии. Для душ это необходимость – принять способ видения тех, кто сопровождает их на землю; попадая в человечество, они забывают свою собственную природу, и чем более они от нее удаляются, тем более они приближаются к тем, кто их заточил в тело. Тогда Гор сказал: 7. – Ты все мне чудесно истолковала, о мать, но ты мне еще не объяснила рождение благородных душ. – Так же, как на земле существуют различные места (тропон; Менар: правительства; Скотт: общественные слои), так же и в случае душ. Различны суть места их происхождения, и те, которые происходят из мест наиболее славных, суть наиболее благородные. Так же и на земле: того, кто свободен, принимают за более благородного, чем раб, ибо тот, чья природа более высокая и царственная, неизбежно содержит в рабстве того, кто ниже. То же самое, сын мой, и среди душ. 8. – А как, о мать, получаются души мужские и женские? – Души, сын мой Гор, суть все той же природы, ибо все они происходят из одной и той же страны, где их создал Творец, и они не суть ни мужские, ни женские. Различие пола касается только тел, но не душ. 9. – Что касается разницы между некоторыми (Скотт: мужскими) душами более горячими и иными (Скотт: женскими), более мягкими, то она обусловливается тем, сын мой Гор, воздухом, в котором рождаются все вещи. Воздух души – это тело, которым она окутана, которое есть сочетание стихий: земли, воды, воздуха и огня. В составе женщин преобладание влажного и холодного и недостаток сухого и горячего, поэтому душа, заточенная в такого рода тело, пропитывается влагой и становится совсем мягкой. У мужчин же – наоборот преобладание сухого и горячего, недостаток холодного и влажного, потому души в таком теле более тверды и энергичны. 10. – А как рождаются души разумные (синетай; Менар: мудрые), о мать? И Исида ответила: – Орган зрения, сын мой, окружен перегородками. Когда эти перегородки плотные и толстые, зрение ока ослаблено; но когда они тонкие и легкие, тогда зрение очень проницательное. То же самое и с душой. Душа тоже имеет оболочки, бесплотные, как и она. Эти оболочки суть слои воздуха внутри нас. Когда эти слои тонкие, легкие и прозрачные, тогда душа разумна; когда они, напротив, плотные, толстые и мутные, тогда, как при плохой погоде, душа не может видеть далеко, но только то, что у ее ног. 11. Тогда Гор спросил: – Почему же тогда, о мать, у людей, живущих за пределами нашей пресвятой земли, не такой острый ум, как у наших соотечественников? И Исида ответила: – Земля находится в середине Вселенной, как человек, лежащий на спине. Она лежит лицом к небу и состоит из стольких частей, сколько членов имеет человек. Ее взор обращен к небу как к своему отцу, чтобы, следя за изменениями в небе, она изменялась сама в том, что свойственно ей. Ее голова помещена на Юге Вселенной, правое плечо обращено к восточному ветру, левое – к ливийскому, ноги – под Медведицей (правая – под хвостом), Левая – под головой Медведицы, бедра суть в местах, следующих за Медведицей, средние части – в средних местах. 12. Доказательством тому служит то, что люди, живущие на голове земли, имеют хорошо развитую верхнюю часть головы и красивые волосы; восточные предрасположены к борьбе и суть приверженцы Стрельца, так как этими качествами они обязаны правой руке; западные защищены от опасности и часто сражаются левой рукой, и все то, что иные выполняют правой рукой, они выполняют левой; те, которые живут под Медведицей, отличаются своими (Скотт предлагает: сильными или быстрыми ступнями и…) хорошо сложенными ногами; у тех, кто прибывает из тех же мест и еще более отдаленных(?), называемых сегодня(?) италийскими или эллинскими, прекрасные бедра и ягодицы, и по причине превеликой красоты этих частей опускаются до предпочтения мужчин. 13. Поскольку все эти места по сравнению с иными (Скотт: деятельны в одном отношении, но во всем остальном) ленивые, то они делают ленивыми (Скотт: слабыми в уме) и соответствующих им людей (Менар: ибо эта часть тела самая белая, она также и рождает людей белых). Святая же земля наших предков расположена в середине земли, а средняя часть есть святилище только сердца одного, в котором пребывает вся душа, и по этой причине, сын мой, люди из этой страны, не имея изъяна ни в чем остальном, суть чудесным способом более умны, чем все остальные, и одарены мудростью. И иначе быть не может, ибо они рождены и вскормлены в сердце Земли. 14. Кроме того, сын мой, Юг (Фестюжьер: делает дряблым, поскольку он…) есть хранилище туч, рождающихся из воздуха путем сгущения. Во всяком случае, например, именно благодаря перемещению (катакомидэн; Менар: собиранию; Скотт допускает: превращению в дождь) туч, которое там происходит, наша река течет из тех мест, когда там обильно тают снега. И там, куда прибывают тучи, воздух, окутывающий землю, затуманивается чем-то вроде дыма, который создает препятствие не только для зрения, но и для ума. Восток, о славный Гор, будоражится и разогревается восходом Солнца в непосредственной близости от него, а Запад, расположенный напротив него, подвержен подобному воздействию захода Солнца, потому люди, рожденные в этих местах, не могут иметь ясного восприятия. Север по причине холода, присущего его природе, замораживает не только тело, но и ум тех, кто там живет. 15. А страна середины, ясная и спокойная, имеет преимущество, как и все, кто в ней обитает (Фестюжьер: все, что в ней находится); благодаря своей постоянной безмятежности она рождает (Скотт: людей высокого ума…), воспитывает и обучает, в соперничестве она только” побеждает, царит над иными, и, как добрый владыка, она дает возможность побежденным пользоваться плодами ее победы. 16. – Объясни мне еще, госпожа (кириа) мать, почему во время долгой болезни, хотя человек еще живой, его речь и, я бы сказал, его ум подвергаются изменению? И Исида ответила: – Среди живых существ, сын мой, одни родственны огню, иные – воде, еще иные – воздуху, еще иные – земле, некоторые двум или трем из этих стихий, иные – всем вместе. И напротив, во Вселенной одних отталкивает огонь, иных вода, еще иных – земля, еще иных – воздух, некоторых две из этих стихий, еще иных – три, еще иных – все стихии вместе. 17. Так, кузнечик, сын мой, и весь род мух боится огня; орел, сокол и все птицы высокого полета избегают воды; рыбы – воздуха и земли; змеи – чистого воздуха. Напротив, змеи и все, что ползает, любят землю; воду любят все плавающие твари; пернатые любят воздух, в котором хорошо себя чувствуют те, кто высоко летает, и те, кто близок к нему по образу жизни (Скотт: те, кто летает выше всего, любят огонь и живут по соседству с Солнцем (то есть орлы)). Более того, существуют даже твари, которым нравится в самом огне, например, саламандры, которые в нем обитают. 18. Каждая стихия есть одеяние упомянутых тел. И всякая душа, поскольку она есть в теле, обременена всеми четырьмя стихиями; по всей видимости, ей нравятся одни стихии, и она чувствует гнет иных. Из этого следует, что она не наслаждается высшим счастием, но поскольку она божественна по своей природе, то даже когда она находится в стихиях, она борется и думает; но она не мыслила бы так же, как если бы она была свободна от тела. И когда тела терзаются и раскачиваются по причине недуга или страха, тогда и душа, как человек, брошенный в пучину моря, раскачивается на волнах и не имеет ничего постоянного.

РЕЧЬ ИСИДЫ К ГОРУ

XXV 1. Тогда Гор сказал:

– Ты мне прекрасно растолковала, о моя могущественная мать Исида, чудесное сотворение Богом душ, и моему восхищению нет предела, но ты еще не рассказала мне, куда направляются души, освободившись однажды от тела. Я желаю быть посвящен в это учение и быть благодарным за это только тебе, бессмертная мать. 2. И Исида рекла: – Слушай, дитя, ибо это учение самое необходимое, 3. оно занимает важное место и не может быть обойдено вниманием. Неправда, о мой восхитительный сын, могущественный отпрыск могущественного Осириса, отца твоего, что души, выходя из тела, рассеиваются в воздухе и смешиваются с остальным бесконечным духом и что они не могут ни возвратиться в тело, сохраняя свою тождественность, ни вернуться туда, откуда они прибыли с самого начала, так же как невозможно, чтобы вода, излитая из чаши, возвратилась на то место, которое она занимала ранее, – она смешается со всей совокупностью воды. 4. Иначе происходит с душой, о премудрый Гор. Поскольку я посвящена в тайны бессмертной Природы и проделала путь через Поле Истины, я изложу тебе во всех подробностях природу вещей, не умалчивая ни о чем. Я начну с того, что вода есть тело, лишенное рассудка, произведенное сжатием до жидкого состояния множества составных частей, тогда как душа есть нечто, имеющее свою собственную природу, дитя, нечто царское, произведение рук Божьих и его Ума, и она сама, ведомая его Светом, стремится к Уму. То, что состоит из единственной сущности и не содержит в себе части чуждой, не может смешиваться с иной вещью. Из сего следует заключить, что союз души и тела есть сочетание, обязанное своей сущностью неизбежной божественной Необходимости. 5. Души, покидая тело, не возвращаются в одно и то же место и не рассеиваются беспорядочно, но каждая направляется на надлежащее ей место. Это предопределяется еще тогда, когда душа пребывает в теле и когда она отягощена весом, противоположным ее природе. 6. Прислушайся к этому сравнению, мой любимый Гор. Представь себе, что в одной тюрьме заточены люди, орлы, голуби, лебеди, соколы, ласточки, воробьи, мухи, змеи, львы, леопарды, волки, собаки, зайцы, быки, бараны и некоторые твари двойного рода (Менар, Скотт: амфибии), такие, как тюлени, водяные змеи (то есть выдры; Менар: гидры), черепахи и наши крокодилы, и что потом вдруг их всех сразу отпускают на волю. 7. Не захотят ли они сразу возвратиться: люди – к площадям и домам, орлы – в эфир, в котором их естественная среда обитания, голуби – в воздух, близкий к земле, соколы выше, чем голуби? А ласточки разве не полетят в места, населенные людьми, воробьи – к плодовым деревьям, лебеди туда, где им можно петь; мухи – поближе к той же земле, не удаляясь настолько, чтобы не было слышно запаха человека, ведь мухам, сын мой, присуще жить с человеком и летать близ земли; львы и леопарды – к горам, волки – к местам пустынным, собаки – на след человека, зайцы – в чащи, быки – в поля и степи, бараны – на пастбища, змеи – в земные пещеры; тюлени, черепахи и твари того же рода – на дно и в проточные воды, чтобы не лишиться ни твердой земли, ни воды, их родной стихии? Внутреннее различение (критэрион; Скотт: инстинкт) поведет каждое существо в подходящую для него среду обитания. 8. Так и каждая душа, воплощена ли она в человека, живет ли она на земле в какой-либо иной форме, – она знает, куда ей нужно идти, разве что какой-то сын Тифона не заявит нам, что бык может провести свою жизнь на дне моря или черепаха – в воздухе. И если суть души, даже погруженные во плоть и кровь, которые не восстают против правила, хотя они и испытывают наказание, ведь воплощение есть для них наказание, то насколько же они будут более послушны правилу после того, как они будут освобождены от этих оков и получат свойственную им свободу? 9. Вот каково есть пресвятое правило. Устреми теперь свой взор в вышину, сын преславного народа, и узри Порядок душ. То пространство, что простирается от вершины неба до Луны, предназначено для богов, звезд и (Менар: остаток – …) для Провидения вообще; а то, что от Луны до нас, – это место обитания душ. 10. Это огромное пространство, которое занимает воздух, имеет движение в самом себе, которое мы привыкли называть ветром, движение, служащее для освежения земных вещей, как я объясню далее. Однако это движение воздуха в самом себе не создает никаких препятствий для душ: когда воздух движется, души беспрепятственно возносятся вверх и опускаются вниз. Души проходят через воздух, не смешиваясь с ним и не прилипая к нему, как вода проходит через масло. 11. Это пространство, сын мой Гор, разделено на четыре общие части и шестьдесят частных слоев. Та из четырех частей, Которая начинается от земли, состоит из четырех слоев; и земля возвышается до некоторых высот и некоторых вершин, но в ее природе не заложено превышать эти вершины. Следующая часть состоит из восьми слоев, в которых осуществляется движение ветра. Будь внимателен, сын мой, ибо ты слушаешь неизреченные таинства земли, неба и всего священного духа середины. Там, где есть движение ветра, там летают птицы, так как за пределами этой части воздух не движется и не может нести живое существо. Как бы там ни было, этот воздух имеет преимущество двигаться вместе с населяющими его тварями в собственных восьми слоях и в четырех слоях земли, в то время как земля не может подняться до восьми слоев воздуха. 12. Третья часть состоит из шестнадцати слоев и наполнена воздухом тонким и чистым. Четвертая включает в себя тридцать два слоя, в котором воздух наиболее тонкий, полностью лишенный каких бы то ни было примесей, прозрачный, составляющий на своем дальнем краю границу высших небес, огненных по своей природе. 13. Таков Порядок, установленный по прямой сверху вниз; части не смешиваются по своей природе, так что суть четыре общие части, двенадцать пространств, шестьдесят слоев. В этих слоях, коим число шестьдесят, обитают души, каждая согласно своей собственной природе, и все они имеют один и тот же состав, но они различны по достоинству. Чем больше один слой превосходит иной по удаленности от земли, тем более высоко достоинство душ, живущих в этом слое. Одни превосходят иных по совершенству, сын мой, и слои, и души. 14. Мне осталось только объяснить тебе, преславный Гор, какие души направляются в верхние, а какие в нижние слои, и я начну с наивысших, а закончу слоями, близкими к земле.

О воплощении и перевоплощении душ XXVI 1. Пространство между землей и небом делится на слои, сын мой Гор, с соблюдением меры и соотношения. Эти слои наши предки называли по-разному: одни – участками, иные небосводами, еще иные оболочками. Здесь обитают души, освобожденные от тела или еще не воплощенные. Каждая из этих душ, дитя, занимает слой согласно своим заслугам: так, души божественные и царские живут в самом высоком слое; души самого низкого достоинства и влекомые к земле – в самом низком слое; души средние – в среднем слое. 2. Так, сын мой, души, предназначенные для царствования, нисходят из самых высоких слоев и, освобожденные, они возвращаются в те же слои или даже в еще более высокие, кроме тех душ, которые совершили деяния, противоречащие достоинству их природы и предписанию божественного закона. В их случае высшее Провидение изгоняет их в более низкие слои сообразно их грехам, таким же образом оно меняет место иных душ, меньшего могущества и достоинства, в том случае, если они продвинулись вперед в своем развитии,- оно переносит их из низших слоев в слои более почетные и более высокие. 3. Ибо в вышине суть два стража душ (Фестюжьер: тела), два исполнителя Провидения: один – смотритель, страж душ, другой – их проводник. Смотритель присматривает за еще не воплощенными душами, проводник направляет души на землю и распределяет их по местам при их воплощении. Один следит за душами, а другой их направляет согласно Воле Божией. 4. Согласно божественному закону, сын мой, Природа, и на земле также, соответствует разнообразию вещей вверху. Она творит и делает разнообразными тела, в которые должны быть воплощены души. Ей помогают две Силы: память и опыт. Память следит за тем, чтобы Природа сохраняла первоначально установленный на небесах образец. Опыт дает каждой душе, нисходящей для воплощения, соответствующее ей тело: подвижной душе подвижное тело, медлительной душе медлительное тело, ленивой душе ленивое тело, сильной душе – сильное тело, хитрой душе – ловкое тело, одним словом, каждой душе подходящее ей тело. 5. Ведь не без образца Природа оперила пернатых, наделила рассудочные существа рассудком высоким и более точным, вооружила четвероногих либо рогами, либо зубами, либо когтями, либо копытами; дала пресмыкающимся мягкие и гибкие тела и, опасаясь, чтобы их тела не сделали их слишком слабыми, или вооружила их рядом зубов, или покрыла их острым защитным гребнем. Таким образом, некоторые твари лучше предохранены от смерти и более сильны, чем иные. Что же касается рыб, робких творений, Природа предоставила им для обитания стихию, где Свет не может осуществить ни одно, ни другое из своих действий, ведь в воде он не светит и не греет. И каждая из рыб, благодаря либо своей чешуе, либо своим плавникам, может в воде уйти вплавь куда и как ей угодно, и ее слабость защищена толщею воды. 6. Таким образом, души воплощаются в подобные им тела, и в человеческие тела входят души, наделенные мышлением, в пернатых летающие (Менар: дикие; Фестюжьер: избежавшие человечества) души, в четвероногих – лишенные всякого суждения, так как их закон – сила; в пресмыкающихся хитрые, ибо никакое пресмыкающееся не нападает на человека в лицо, но наносит смертельный удар исподтишка; в рыб души робкие и те, которые не заслуживают того, чтобы наслаждаться иными стихиями. 7) Но случается также в каждом роду, что тварь нарушает законы своей природы. Тогда Гор спросил: – А как это происходит, о мать? И Исида ответила: – Тогда, сын мой, когда человек действует вопреки здравому смыслу, когда четвероногое избегает принуждать, когда пресмыкающееся теряет свою хитрость, когда рыба превозмогает свою робость, когда пернатое забывает свое отвращение к человеку. Но довольно о Порядке душ вверху, об их нисхождении вниз и о сотворении тел. 8. О сын мой, в каждом роде упомянутых существ суть царские души, которые нисходят с самыми различными характерами: одни все из огня, иные холодные, одни гордые, иные податливые, одни созданы для свободы, иные – для ремесла, одни умелые, иные неопытные, одни ленивые, иные деятельные и еще иные, отличные либо тем, либо иным. Эти различия обусловлены тем слоем, из которого души были направлены для воплощения. Некоторые души нисходят из царского слоя, и их природа тождественна слою, которому присуще править. 9. Многочисленны суть царства: царства душ, царства тел, царства ремесла, царства науки, царства того и царства иного. Гор спросил: – И что же? – Например, сын мой Гор, царь душ людей, уже отошедших, есть твой отец Осирис; царь тел есть правитель каждого народа; царь замысла (Менар: мудрости; Скотт: искусства научения) есть отец и наставник Всего (катэгэтэс пантон), Триждывеличайший Гермес; царь врачевания есть Асклепий, сын Гефеста; царь силы и могущества есть снова Осирис, а после него – ты, сын мой; царь философии есть Арнебесхен (Скотт: Har-neb-eschenis); царь поэзии есть снова Асклепий-Имуфес. В общем, сын мой, если ты поразмыслишь, то найдешь множество управителей и множество отраслей, множество царей, правящих множеством Царств. 10. Но Тот, Кто имеет власть над всем, дитя, приходит из наивысшего слоя, и тот, кто имеет власть над той или иной частью, получает этот слой душ согласно тому слою, из которого он вышел: тот, кому предназначен царский слой, у того более царственная степень. 11. Те, кто прибывает из огненного слоя, становятся работниками огня и пищи; те, кто прибывает из водного слоя, проводят свою жизнь на воде; те, кто прибывает из слоя наук и ремесел, предаются наукам и ремеслам; те, кто прибывает из слоя лени, проводят свою жизнь в лени и праздности. Ибо всем вещам, производимым здесь, на земле, словом или делом, источники суть вверху, откуда на нас с мерой и весом распространяется вещество действительности, и не существует ничего, что не низошло бы сверху 12. и что бы туда вновь не возвратилось. – Что хочешь ты еще сказать, о мать, объясни мне! И Исида ответила: – Важный знак этого движения возвращения Природа дала всем живым существам. Это дух, который мы получаем из высшего воздуха и отсылаем вверх (Менар: выдыхаем), чтобы получить его снова. Для этого, сын мой, у нас есть легкие; когда они закрывают свои отверстия, предназначенные для принятия духа, тогда мы не можем более оставаться на земле и возносимся вверх. 13. В нас суть еще иные качества, о мой преславный сын, исходящие из соотношения веществ, составляющих нашу телесную смесь (Менар: Существуют еще иные явления, разрушающие равновесие нашего состава). И Гор спросил: – Что это за телесная смесь, о мать? – Это смесь и сочетание четырех стихий; из этой смеси исходит некий пар, который, с одной стороны, обволакивает душу, а с другой проницает все тело, сообщая и тому, и другому нечто от своего особого качества; этим обусловливаются разновидности душ и тел (Скотт: различия между одной душой и иной, между одним телом и иным). 14. Если в теле преобладает огонь, тогда душа, уже изначально горячая и ставшая еще более пламенной от избытка приобретенного жара, делает тварь более деятельной и пылкой (Скотт: одухотворенной), а тело – еще более живыми бодрым. 15. При избытке воздуха существо становится легким, подвижным (пэдэтикон: Скотт: летучим; Фестюжьер: прыгающим) и непоседливым как телом, так и душой. 16. При избытке воды тварь, что касается души, становится мягкой, гибкой, способной быстро расти и распространяться вокруг, притягиваться и привязываться к другим, ибо воде свойственно соединяться и смешиваться с иными вещами. Ведь если она есть в достаточном количестве, то ее пелена охватывает вещи и растворяет их в себе, а если она есть в малом количестве и просачивается во что-либо, то становится тем, с чем она смешалась. Что касается тел, то по причине их водянистости и дряблости они не могут быть плотными, и в случае малейшего недуга они постепенно растворяются и разлагаются по причине ослабления их внутренней связи. 17. При избытке земной стихии душа твари становится притупленной, опухшей, ибо (Менар: телу не хватает тонкости; Скотт: душа сама по себе тонка, и…) при плотных органах чувств она не находит пор для выхода, но пребывает в теле взаперти сама с собой, под бременем веса и плотности (тела). Что же касается тела, то оно, несомненно, твердое, но тяжелое и ленивое, и движется только вопреки своему желанию при усилии воли. 18. Если, наконец, стихии в теле сочетаются в равновесии, то живое существо горячо в действии, легко в движении, с умеренной связью членов и твердым сложением. 19. Потому все существа, которым досталось большее количество огня и воздуха (Скотт: и малое количество воды и земли), стали птицами и избрали себе среду обитания в вышине, рядом со стихиями, из которых они вышли. 20. Те, кто получил много огня, немного воздуха, равное количество воды и земли, стали людьми, и в этом существе избыток жара превратился в ум; ведь ум в нас есть нечто горячее, которое не сжигает, но проникает во все вещи (Фестюжьер: и властвует над всем). 21. Те, кто получил много воды, много земли, умеренное количество воздуха (Скотт: мало воздуха и огня) и немного огня, стали четвероногими; благодаря присутствию огня они рождены более драчливыми, чем иные твари. 22. Те, кто получил такое же количество земли и воды (Фестюжьер предлагает: …как и в предыдущем случае; Скотт: умеренное количество воздуха и вовсе не получил огня…), стали пресмыкающимися; лишенные огня, они недостаточно смелы и открыты; полученная ими часть воды сделала их холодными, земли – тяжелыми и медлительными, воздуха ловкими, когда они уже решились двигаться (Менар: недостаток воздуха создает трудности в их движении). 23. Те, кто получил много влажного и мало сухого, стали рыбами; лишенные жара и воздуха, они также робкие (Скотт: и стремятся в глубины); избыток воды и земли (Скотт, Фестюжьер: наличие земли) делают местом их обитания воду с некоторой примесью (растворенной в ней) воды в связи с их слабостью к этим стихиям. 24. Кроме того, соотносительный рост стихий, составляющих тела, приводит к росту этих тел и к его прекращению, когда мера уже достигнута. Именно соотношение стихий определяет рост твари (Скотт допускает: …а точнее, содержание стихий, стремящихся вверх – огня и воздуха). 25. И вот что я тебе еще скажу, мое любимое дитя, насколько сохраняется равновесие стихий согласно первоначальному составу и пар, исходящий из этой смеси, сохраняет свои особые качества, то есть горячая стихия не получает прирост огня, воздушная стихия – прирост духа, влажная – прирост влаги, земная – прирост плотности, настолько живое существо пребывает в добром здравии. Но когда, сын мой, стихии не содержатся в мерах, определенных изначально, но суть в избытке или в недостаточном количестве, – я здесь говорю не о воздействии стихии согласно ее возможностям, не о разнице в величине внутри одного рода и не о росте, но об изменении состава смеси, состоящей, как мы говорили, из первичного сочетания стихий, – когда количество горячего увеличивается или уменьшается или это происходит с иными стихиями, тогда тварь подвержена заболеванию. 26. Когда огонь и воздух, стихии, как я говорила, неотделимые от души, суть в избытке, существо выходит из своего обычного состояния и пребывает в горячке по причине сгущения стихий, которое вредит телу. 27. Земная стихия составляет остов тела; влажная стихия распространяется по телу и связывает его части, воздушная стихия служит в нас причиной движения, а огонь побуждает всю сию совокупность к действию. 28. Как если бы горячий дух или, лучше сказать, испарение, исходящее из изначальной смеси стихий, смешалось бы с душой и приобрело бы некоторое естественное состояние, плохое или хорошее. 29. Как долго душа сохраняет свое первоначальное состояние (Фестюжьер: в согласии с этим духом), так долго она пребывает в порядке. Но когда к одной или нескольким ее частям или к совокупности добавляется что-либо извне и доля какой-либо стихии увеличивается по сравнению с изначальным состоянием, тогда этот горячий дух изменяется сам и, в свою очередь, изменяет состояние души и тела. 30. Огонь и воздух – стихии, стремящиеся вверх, направляются вверх, к душе (Менар: увлекая за собой душу), чье естественное место подобно их месту; влажное и земное,стихии, стремящиеся вниз (Менар: …как и тело…), обременяют тело, которое имеет подобное место обитания.

XXVII

Опровержение, когда оно признано как таковое, великий царь, внушает тому, кто был опровергнут, желание (Скотт предлагает: Знание), которое он не знал ранее. (Стобей, “Антология”, XIII.)